сть плеч, женственная полнота рук. Упругие,
  твердые груди задорно торчат, словно тщатся сбросить с себя стесняющую
  ткань. Дэмура невольно сглотнул слюну, почти уверенный, что эта женщина не
  носит бюстгальтера, -- вещь, немыслимая для японки. Затем его оценивающий
  взгляд скользнул ниже. Длинные ноги, небольшой восхитительно округлый зад.
  Каким образом мужчине удается определить это даже в том случае, если женщина
  не поворачивается к нему спиной, остается загадкой.
   Взгляд детектива с дивной фигуры вновь перешел на лицо: черты его не
  назовешь правильными, но глаз никогда не пресытится ими; эта женщина
  нравилась бы ему даже с некрасивыми ногами и плоской грудью. Затем Дэмура
  пересилил себя и повернулся к мужчинам, утонувшим в глубоких креслах. Один
  из них был молодой японец -- высокий, плечистый, весьма недурной наружности.
  Он поднялся с кресла так, что невозможно было уловить начало движения, в его
  плавной повадке ощущалась сила хищного зверя. Дэмура, имея за плечами опыт
  более чем четырех десятилетий, по одному этому мимолетному движению сразу
  понял, что перед ним истинный мастер. Они поздоровались за руку. Рукопожатие
  мужчины было крепким, но отнюдь не похожим на железные тиски, какими силачи
  любят щегольнуть перед ничего не подозревающими жертвами. Сидевший в другом
  кресле Куяма снисходительно кивнул и, обращаясь к женщине, заговорил
  по-английски:
   -- Позвольте представить вам инспектора Дэмуру из окружного
  полицейского участка Синдзкжу. Коллеги начали