в
  комочек, сделаться незаметным и в то же время показать себя с лучшей
  стороны. Он всегда приписывал это воздействию многочисленной внушительной
  свиты, усиливавшей магическое влияние титула. Судя по всему, Куяма ошибался.
   По счастью, Шеф адресовал свой вопрос не ему, а Дэмуре. Тот вытащил
  носовой платок, вытер лицо и, прежде чем спрятать платок в карман, аккуратно
  сложил его. Лишь после этого он ответил на вопрос Шефа.
   -- Профессиональный каратист. Работает в традициях старой окинавской
  школы, причем очень хорошо.
   -- Могла ли смерть быть результатом... скажем, случайности, несчастного
  случая? - -- Нет. Бой был открытым, и оба понимали это.
   -- Адзато сознавал, что его хотят убить?
   -- Пожалуй, нет. Но он, безусловно, понимал, что над ним хотят одержать
  верх и унизить его. И, конечно же, от него не могло укрыться, что против
  него выступают не каскадеры, с которыми он репетировал. , -- Он понял это,
  как только они появились, -- хрипло проговорил Фукида. -- Мы всегда
  отрабатывали каждое движение с точностью до миллиметра.
   -- А как вы определили, что эти люди двигались не так, как надо?
   Фукида холодно глянул на Куяму.
   -- Все их действия, их движения были недостаточно выразительными и
  грозными.
   -- Гм... Мне они показались достаточно грозными.
   -- Потому что вы знали, чем все это кончится. Одно дело фильм, совсем
  другое -- жизнь. Зритель в кино начинает волноваться лишь в том случае, если
  злодеи появляются, эффектно демонстрируя свою