ночам, а лишь
  погружался в какое-то непонятное дремотное состояние, время от времени
  выныривая из него и бодрствуя по полчаса, но затем опять погружался в
  дремоту. Лекарства, в огромных количествах прописываемые ему
  невропатологами, оказывали на него такое же лечебное воздействие, как вода
  из крана. Ежедневные прогулки перед сном и прочие мероприятия,
  рекомендуемые врачами, также не помогали. И хотя все это не особенно влияло
  на физическое состояние, каждую ночь Александр Петрович воспринимал как
  суровое наказание Божие.
  
  Но минувшей ночью в поезде произошло нечто неожиданное. Как только Бирюков
  лег и сомкнул веки, он словно провалился в темную яму. Сон был настолько
  крепким, что он проснулся только в семь утра, когда проводница принялась
  немилосердно колотить в дверь и кричать, что до Москвы осталось десять
  минут пути. Андрей Иванович, уже умывшийся и гладко выбритый, сидел на
  своей полке и смотрел в окно.
  
  Когда "Волга" остановилась, Александр Петрович вынул записную книжку и
  железнодорожный билет, на котором был записан номер домашнего телефона его
  попутчика, переписал его, а сам билет отдал водителю.
  
  - Выясни, кто проживает по адресу, где установлен этот телефон и собери всю
  возможную информацию. Дело срочное, - сам не зная почему, добавил он.
  
  - Несколько дней понадобится.