ления.
  
  - Преступников. Называйте уж и здесь вещи своими именами, - перебил
  профессора Александр Петрович.
  
  - Голубчик, - ласковым голосом произнес Кардинал, - это для вас они
  преступники, а для меня они больные, пострадавшие, если хотите.
  
  - Это как же? - таким же елейным голосом спросил Бирюков.
  
  - Да очень просто, дружок мой. Если я, подобно эсэсовскому доктору Менгеле
  в научных или в других целях заражу вас холерой, будете ли вы считать себя
  пострадавшим?
  
  - Разумеется.
  
  - А если я искусственно создам обстановку, в которой вы сойдете с ума? Вы
  будете считать себя пострадавшим?
  
  - Пожалуй, - Александр Петрович не мог понять, куда клонит Бардин.
  
  - Так вот, тайная фракция очень умело создала обстановку, в которой
  латентный подпараметр, именуемый в народе жадностью, перестал быть
  латентным и поразил психику огромного количества чиновников, которым в
  настоящее время нужен не столько прокурор, сколько психиатр. Создав для
  участников экономической системы управления возможности безнаказанно
  грабить бюджет и вытягивать из населения взятки, режим привязал их к себе
  накрепко. И они уже не могут контролировать себя. Вы же знаете, что в
  банках данных правоохранительных органов есть материал на всю
  управленческую верхушку, включая нынешнего президента и его ближайших
  родственников.