ел, я про себя назвал вас Торквемадой.
  Хотя и на святого Игнатия Лойолу вы тоже смахиваете.
  
  В ответ на эти слова Николай Иванович загадочно улыбнулся, но никак не
  прокомментировал.
  
  В комнату вошел молодой человек двухметрового роста. В руках он держал
  металлический чемодан, какие носят при исполнении служебных обязанностей
  врачи "скорой помощи". Он переглянулся с Бардиным, затем закатал рукав
  Сидоренко и наложил жгут. Игла вошла мягко, и кровь того, кого с детства
  называли Котом, появилась в шприце, что свидетельствовало о попадании в
  вену. Ассистент Кардинала снял жгут и медленно ввел препарат.
  
  - Не тошнит? - заботливо спросил Николай Иванович.
  
  - Ничуть, - несколько насмешливо констатировал пациент.
  
  Прошло несколько минут. И Бардин и ассистент, в котором внимательный
  читатель без труда узнает Олега Воинова, внимательно наблюдали за серьезным
  и сосредоточенным лицом Сидоренко. Тот впился взглядом в небольшое пятнышко
  на потолке, и лицо его словно окаменело. Прошло еще десять минут. Сидоренко
  продолжал фиксировать взглядом пятно. Лицо Кардинала было бесстрастным, на
  лице Воинова отображалось недоумение.
  
  - Крепкий орешек! - сказал он и повернулся к Бардину. - Еще дозу?
  
  Кардинал отрицательно покачал головой и взглядом указал на дверь. Ассистент
  собрал инструменты в чемодан