пособен системно
  мыслить, но, если нужно, может абсолютно хладнокровно отправить на тот свет
  кого нужно.
  
  - Я не это имел в виду, - поморщился Петр Алексеевич. - В его
  профессиональных качествах я и не сомневался. Но что у него внутри?
  
  - Цели Партии совпадают с его целями. На измену он почти не способен.
  
  - Почти? - Романов удивленно поднял правую бровь.
  
  Николай Иванович мягко улыбнулся, голос зазвучал вкрадчиво:
  
  - Я имею в виду то, что ситуация, в которой он станет изменником, крайне
  маловероятна.
  
  - Но вероятность все же существует?
  
  - Голубчик, - все так же мягко улыбаясь, сказал Николай Иванович, - в
  теории существует ситуация, когда вы предадите собственных детей. Но
  вероятность, что вы в ней окажетесь, так же мала, как и та, что имеет
  отношение к Сидоренко.
  
  Стоявший на столе Бардина селектор внутренней связи неожиданно включился, и
  мужской голос бодро сообщил: "Николай Иванович. Все прибыли". Бардин
  поднялся со своего места и пошел к двери. Романов последовал за ним.
  
  Руководители единственного в России подполья спустились в подвальное
  помещение, оборудованное под мини-конференц-зал, где за большим круглым
  столом уже сидели все члены Совета. В угловом кресле примостился Сидоренко.
  
  При появлении Романова и Бардина все встали. Как только председатель Партии
  занял