ужие массового поражения, будет ли
  безнравственным ответить ему тем же? Это во-первых. Во-вторых, другого
  средства (помимо этого), кроме вооруженного восстания, для свержения
  нынешнего режима просто не существует. А вооруженное восстание - это
  несовременно.
  
  Отвесив изящный поклон, Николай Иванович прошел к своему месту и сел. В
  завязавшейся дискуссии он участия не принимал и даже, казалось, не слушал.
  
  По окончании заседания Бардин заскочил в свой кабинет, взял трубку телефона
  и набрал номер. Выждав два гудка, он положил трубку и тут же покинул
  здание, в котором помещалась лаборатория. Через несколько минут он уже
  прогуливался по Большой Ордынке.
  
  Рублевский незаметно подошел сзади. Ни на одной встрече Николай Иванович не
  смог засечь момент его появления. Ощущение было таким, словно
  человек-невидимка внезапно приобретал видимый облик.
  
  - Как поживаете, Николай Иванович? - весело спросил "монстр".
  
  - Вашими молитвами, Андрей Иванович, - ответил Бардин, стараясь придать
  лицу такое же веселое выражение.
  
  Они пошли по Ордынке в направлении Добрынинской площади.
  
  - Красота-то какая, - сказал Рублевский, указывая на старинную церковь.
  Все-таки у наших дедов были хороший вкус и понимание гармонии духовного и
  материального.
  
  - Не ожидал от вас, исповедующего непонятную мне религию,