прошелестел директор. Его глаза закрылись, и он погрузился в глубокий сон.
  
  Врач неторопливо достал шприц, наполнил его препаратом из ампулы, которую
  вынул из нагрудного кармана, и сделал укол в вену. После этого он
  приготовил полиэтиленовый пакетик и аккуратно сложил в него все ампулы и
  шприцы. Закончив, он пощупал пульс пациента и вышел. Охранники лениво
  проводили его взглядом.
  
  Через два дня директора выписали из ЦКБ, а еще через неделю в газетах
  появилось сообщение о том, что на своем рабочем месте от обширного инфаркта
  скончался директор Федеральной службы безопасности Российской Федерации.
  Гроб с телом для прощания был выставлен в Колонном зале Дома союзов, однако
  посетителей было очень мало.
  
  На даче Романова в маленькой комнате сидели трое: сам хозяин, Николай
  Иванович Бардин и Константин Павлович Сидоренко. Романов и Бардин, только
  что выслушавшие доклад Сидоренко, размышляли каждый по-своему о
  случившемся.
  
  - Скажите, Николай Иванович, - спросил наконец Романов, - а какова
  вероятность того, что допрашиваемый все же ухитрится сохранить контроль над
  собой после инъекции вашего препарата?
  
  - Она равна нулю, - твердо отвечал Бардин. - Наиболее хорошо подготовленные
  в психическом плане личности могут сопротивляться действию препарата, но не
  более четырех минут.
  
  - Таким