лядя по сторонам, он обнаружил, что такими листовками обклеен
  весь город. Блестящее положение дел возглавляемой им компании и личные
  успехи вызывали скептический настрой относительно участия в политической
  жизни общества, однако какой-то червячок внутри грыз его непрестанно, лишая
  душевного комфорта.
  
  Дверь отворилась, и в кабинет вошел Николаев, его близкий друг и
  соучредитель компании. В руках у него были какие-то бумаги, которые он с
  победным видом бросил на стол генеральному директору.
  
  - Пожалуйте, граф. Вас ждут великие дела. Юрий Григорьевич взглянул на
  первый лист. Это был долгожданный контракт на реставрацию Таври-ческого
  дворца. Романченко, несмотря на то что знал весь текст почти наизусть, с
  явным удовольствием перечитал его от начала до конца, а затем с не меньшим
  удовольствием подписал его. Ну что ж, как говорил Никита Сергеевич Хрущев,
  "цели ясны, задачи определены. За работу, товарищи!"
  
  Они поговорили о делах еще минут десять, после чего, как водится у россиян
  со времен монголо-татарского ига, перешли на политику.
  
  - Как тебе дедушкин трюк с продлением полномочий? - спросил Николаев,
  человек неопределенной политической ориентации.
  
  - До лампочки, - хохотнул Романченко. - Сомневаюсь, что коммуняки эти
  поправки пропустят.
  
  - А я не сомневаюсь, - заявил Николаев. -