сть важное задание, - бухнуло в трубке, а затем
  послышались короткие гудки.
  
  От души выругавшись. Дубков набрал номер приемной Сани, чтобы высказать
  все, что он думал по поводу его звонка, но секретарша любезно сообщила ему,
  что Александр Васильевич только что вышел и будет минут через сорок. Делать
  было нечего. Дубков поехал в редакцию.
  
  В кабинете Сани сидел один из помощников президента, которого журналист
  знал в лицо. Василий Викторович Приходько, которому в узком журналистском ,
  кругу дали прозвище Холуй за его умение разыгрывать искреннее веселье при
  отпускании президентом плоских шуток, был мрачен.
  
  - Это и есть твой супер? - спросил он редактора, пренебрежительно кивнув на
  Дубкова.
  
  - Он самый, - любовно посмотрел на Владимира Ивановича редактор. - Ты с ним
  поосторожней. Если на тебя зуб заимеет, солоно тебе придется.
  
  Судя по пренебрежительному лицу Холуя, его мало впечатлила характеристика
  рядового журналиста. Сохраняя на лице выражение понимания собственной
  значимости, но придав ему некоторую сановную снисходительность, Приходько
  начал излагать суть вопроса, для решения которого и понадобился супер.
  
  - Простите, как вас? - спросил он Владимира Ивановича, глядя почему-то на
  редактора.
  
  - Владимир Иванович, - любезно сообщил Саня. Дубкову была понятна эта
  любезность,