роде. А люди рассматриваются моей наукой не как социум или его
  составляющие, а как биологические единицы. Ну ладно. Вы заслужили мое
  уважение и право на мою благодарность. Чего вы хотите?
  
  - Вы выполните любую мою просьбу? - почти шепотом спросил Николай Иванович.
  
  - Нет, - отвечал "монстр" с равнодушным выражением лица. - Только ту,
  которая не представляет опасности для Баланса. Говорите. Смелей. Смелость,
  как говорят, города берет.
  
  - Здесь речь идет не о городе, а о стране.
  
  - Для меня все едино. Чего вы хотите? Бардин, не спрашивая разрешения,
  налил в рюмку водки, выпил, поморщился (он с детства не любил анис) и
  положил в рот финик.
  
  - Андрей Иванович, - заговорил он спокойным деловым тоном. - Я прекрасно
  знаю о том, что вам известно обо мне все, и я бы никогда не пытался скрыть
  что-либо от вас. Да, я действительно член, точнее руководитель, русского
  сопротивления. Я действительно уже несколько лет готовлю захват власти с
  целью положить конец истреблению моего народа. К которому вы когда-то имели
  некоторое отношение, - не удержался и ядовито добавил он. - Сейчас
  сложилась ситуация, в которой захват нами власти либо отодвигается на
  длительный срок, либо связан с большим кровопролитием. Мы хотели бы
  избежать этого.
  
  - Из ваших слов следует, - уверенно сказал Рублевский, - что