ны под названием СССР пришло
  в этот закуток на Пятницкой. Из каких только республик там не было людей.
  Невольно мысль закрадывалась, что какой-то кошмарный сон снится, вот-вот
  проснешься, а за окном обычный рассвет и тебе надо на работу собираться, в
  обычный день в своей мирной стране.
   Но, к сожалению, этот сон так и не прерывался...
  
   Получив все бумаги, пошел в Загорскую мэрию. Добрался до какой-то
  начальницы, от которой все зависело и которая именно этими вопросами ведала.
  Вошел в ее кабинет и сразу какой-то холодок на душе почувствовал, несмотря
  на все бумаги, ходатайства и печати. Увидел ее руки холеные, кучей колец с
  бриллиантами украшенные, гримасу ее презрительную и понял, что пришел зря.
  Однако, все же попытался.
   Отпела она меня сразу и резко, начав с того, что мы там на Кавказе
  деньги лопатами всю жизнь гребли, а ей и другим россиянам приходилось
  лишения терпеть, жить чуть не впроголодь. Насчет "впроголодь" я сильно
  засомневался, видя формы слишком уж округлые, да и многочисленные кольца с
  бриллиантами, на лишения никак не указывавшие. Однако грубить не мог, только
  сказал, что мы там честно работали и зарплаты у нас были куда ниже
  московских. Впрочем, беседовать со мной она долго не собиралась. Бумаги мои
  пролистала и объявила, что в подмосковье есть кому работать, а прописывать
  они будут только самых ценных специалистов, и листом подписанным взмахнула.
   Каюсь, я этот листик уже прочесть успел, хоть он и вверх ногами лежал,
  пока