голоду пухнут. Кризис, понимаете.
   - Ага, а вы группа малоимущих? - крикнул неугомонный матросик.
   - Мы что, будем спорить и портить отношения? - Тонкогубая улыбка седого
  стала змеиной.
   - А если будем?
   Седой пожал плечами и кивнул "гиппопотаму". Тот был ближе к матросику и
  резко рванулся вперед, сорвал несговорчивого паренька со стула, опрокинул на
  лол, придавил к паркету, упер в лоб ствол "скорпиона" и злобно прорычал,
  обдавая жертву бактериологическим дыханием изо рта:
   - Затрахал! Убью, проститутка!
   Кто-то из мариманов, привыкший к кабацким заварухам, попробовал вскочить,
  и здоровяк в кресле у выхода взмахнул автоматом. Прогрохотал выстрел. Пуля
  чиркнула в потолок, пошла рикошетом и впилась в деревянную панель на стене.
   - Сидеть, фраера дешевые! Тут не шутки шутят! - гаркнул седой хозяин
  застолья. - На куски искромсаем!
   Когда все успокоились, он в том же вежливом русле продолжил:
   - Братки, вы поймите одно - платить придется. Так уж заведено. Оно вам
  дешевле встанет... Не захотите... Мы же вас даже мордовать и убивать не
  будем. Просто все документы отнимем, и посчитайте, в какую копеечку вам
  тогда ваше возвращение влетит. Так что будем договариваться.
   - А у кого нет таких денег? - спросил боцман, успевший подальше спрятать
  доллары.
   - Это плохо, - озабоченно побарабанил пальцами по столу седой.
   - Нет бабок, - завелся боцман. - Мы пустые. Все на счетах. Только по
  прибытии