раз
  и навсегда никак не удавалось - вроде деньги на подкуп исправно вливал, дело
  притормаживалось, но потом опять фениксом восставало из пепла. И как топор
  над головой висела возможность, что следствие накопает что-то более
  серьезное и на Глушко, и на двоих его друзей, и на фирму "Восток", да и
  много еще на что. Хвост за парнями тянулся длинный, и на него вполне мог
  наступить кованый чекистский сапог.
   И так совпало, что в это же время по старой дружбе пошли все более
  широкие трещины. Правда, первые из них поползли еще давно. Главным образом
  виноват в том был Глушко, его несносный характер. Для общения с ним
  требовалась немалая выдержка. Его фокусы постепенно достали и Плута, и
  Арнольда. Но ощущение, что "один не воин", все еще цементировало их. Все еще
  жило доверие между ними. Но доверие не вечно. И начала трещать старая дружба
  по швам. Не к месту брошенное слово, смешок. Злые слухи. В общем, отношения
  охладевали.
   Первым из общего дела решил выйти Плут, самый хитрый и лучше других
  чувствующий свою выгоду. Он стал разрабатывать в сигаретной торговле новые
  жилы, и прежние друзья ему были в тягость. У него появилась другая
  поддержка.
   - Сука, - откомментировал его поведение Глушко. - Я думал, он брат, а он
  - сука.
   - Рыба ищет где глубже, - тогда примирительно сказал Арнольд. - А человек
  - где лучше.
   - Сученыш, - отрезал Глушко.
   Но до полного развода не дошло.