шаков вынул из нагрудного кармана просторной белой
  рубашки, подходящей для такой погоды, плоскую рацию "Моторола" и произнес
  позывные Гринева:
   - Ноль-три, подъезжай на машине к парку.
   - Принято, - донесся голос Гринева.
  
  Глава 9
  ВЕРНУЛСЯ ВСЕРЬЕЗ И НАДОЛГО...
  
   Старый психиатр оказался прав. Получилось именно так, как он говорил.
   Арнольд проснулся ночью. В окно светил серп луны, выкарабкавшийся из-за
  шпиля дома напротив клиники. Вдалеке шумел мотор куда-то в этот неурочный
  час стремящейся машины. Над миром царили тишина и умиротворение.
   Он встал, покачнулся. Подошел к окну, повернул раму, вдохнул полной
  грудью воздух. Голова шумела от выпитого вчера джина.
   Ветерок овевал разгоряченное лицо. Наполнившее все вокруг умиротворение
  стало растекаться и внутри Арнольда. Он вновь почувствовал, что живет в этом
  мире, а не валяется, придавленный им, как клоп домашней тапочкой.
   - Бляха муха, - произнес он.
   Он возвращался на грешную землю. Туда, где у него вагон и маленькая
  тележка проблем. Где не любят слабых. Где нужно намертво цепляться за место
  под солнцем, если хочешь жить хорошо, а не прозябать. И он вдруг поймал
  привычную злую волну, ощутил стремление двигаться вперед.
   - Нет, гады, не взяли вы меня, - прошептал он, опуская крепкий кулак на
  подоконник. - Жив я... Жив!
   На следующий день началось возвращение к полноценной жизни. Немецкие
  врачи вытащили его из могилы, поставили