ак-то закреплено на поясе, а сама
  граната покоилась в кармашке. Не нужно было тратить время на выдергивание
  кольца - оно само слетало, когда граната оказывалась в руке. И оставалось
  только швырнуть ее.
   Странно, как человек воспринимает все в критических ситуациях. Ушаков
  будто отделил себя от всего окружающего. Не было ни эмоций, ни страха -
  ничего постороннего. Осталось какое-то механическое, отстраненное
  восприятие. Глаз фиксировал, как Пробитый швыряет гранату, и Ушаков
  прекрасно понимал, что хочет противник. Граната летит на площадку
  автостоянки и взрывается. Сам Пробитый скрывается за стекляшкой, а потом
  кладет мента, если тот остался после взрыва в живых, из пистолета и уходит.
  И граната была - теперь уже начальник уголовного розыска мог рассмотреть ее,
  когда та покатилась по асфальту - не какая-то жалкая наступательная "РГД-5",
  радиус разлета осколков у которой всего ничего, можно и не обращать на нее
  внимания, а "Ф-1". Знаменитая "эфка", оборонительная граната, ее швыряют в
  наступающего врага из окопа, поскольку осколки разлетаются на двести
  пятьдесят метров, сметая все живое.
   И нетрудно было догадаться, кого в первую очередь снесет осколками.
  Снесет женщину, обернувшуюся к ним. Снесет ее дочку, которую она в порыве
  ужаса крепко прижала к себе. Снесет водителя, который застыл, сидя в кабине
  с открытой дверцей и ошарашенно взирая на русский разбор. Сам