лает деньги.
   Странно все-таки получается. Думал ли он, оканчивая военное училище и
  получая распределение в тмутаракань, что судьба его будет связана с
  сигаретами? Конечно, не думал. О сигаретах он знал одно - пачка "Явы" стоила
  сорок, а "Космоса" - семьдесят копеек, и больше знать ничего не желал... А
  сегодня? Сегодня этот бизнес - его жизнь. Он чувствует себя в нем
  волшебником, от взмаха руки которого перемещаются фуры, груженные под
  завязку коробками сигарет, а потом чудом, из ниоткуда растут "зеленые
  насаждения" - долларовые счета. И от самого этого процесса он ощущал такой
  кайф, который, наверное, ощущает наркоман, засадивший в вену шприц с чистой
  наркотой.
   Вообще, в те времена, когда Арнольд был лейтенантом, трудно было
  вообразить, что будет со страной. А страна вдруг развалилась в миг и
  погребла под своими руинами в том числе и отлично налаженные внешнеторговые
  связи. Монополия на внешнюю торговлю приказала долго жить. "Союзконтракт",
  "Союзтабак", "Росторгтабак", "Внешторгтабак" - эти организации меняли
  вывески и собственников. Табачная торговля еще недавно кормила государство.
  Теперь она стала кормить прожорливых птенцов гнезда Чубайсова.
   Хаос первых "революционных" рыночных лет дал хорошо поживиться на
  сигаретах всем нуждающимся в длинном добром баксе. Контрабандисты без труда
  получали трехсотпроцентный навар, гоня сигареты из Германии, Голландии