глядящий на
  происходящее.
   - Контейнер упаковали, - сообщил старший машины, которую начальник
  угрозыска послал на перехват зеленого "Шевроле-Блейзера". - Клиент там.
   - И что?
   - Контейнер полон, - эта фраза означала, что в "Шевроле-блейзере" есть
  что-то интересное.
   - Чем?
   - Сейчас подкатим. Там много чего...
   Пока следователь и опера начинали обыск, собровцы лениво прохаживались
  мимо сидящих на полу, с руками за спиной охранников. Ушаков отправился во
  двор. Вскоре около желтого "пазика" тормознули двое "Жигулей" и зеленый
  "Шевроле-Блейзер". В "Жигулях" сидел широкоплечий, с благородной сединой,
  солидный мужчина лет сорока. Вид у него был испуганный и вместе с тем
  злобный. Это был заместитель генерального директора "Титана" Шестаков - тот
  самый, гараж которого сейчас обшаривала вторая опергруппа.
   - Какие люди! - развел руками Ушаков, подходя к "Жигулям". - Пантелей
  Викторович!
   - И как все это называется? - попер на него Шестаков.
   - Это называется следственное действие. Обыск.
   - У него в "Блейзере" несколько ящиков с документами, - доложил
  оперативник, сопровождавший заместителя генерального директора "Титана".
   - Понятых сюда, - приказал Ушаков.
   "Шевроле-Блейзер" был под завязку загружен картонными ящиками. Их
  вытащили из машины, занесли в офис и поставили на пол в центре кабинета
  замдиректора "Титана". Хозяина кабинета усадили на диван.
   - И