блаженно от этих мыслей, но тут в затылке опять отдалась
  боль.
   - Вот черт, - Шамиль зашипел и полез в стол за лекарствами. Вытряхнул из
  круглой коробочки на ладонь желтую капсулу безумно дорогого немецкого
  лекарства, проглотил, не запивая водой. Боль отступила минут через пять.
   Он потянулся к еженедельнику, где были расписаны дела на сегодня. Это
  одна из расплат за высокое положение - чем выше забираешься, тем более
  плотно становится расписанным твой день. Потому что дела расширяются, и,
  если не хочешь прослыть лохом, чтобы подданные тебя надували, утаивали
  деньги и делали за твоей спиной, пользуясь твоим именем, левые делишки,
  нужно быть в курсе всего. Самые верные помощники втайне мечтают об одном -
  залезть тебе в карман, в этом Шамиль убедился давно и карал в таких случаях
  строго.
   Нажав на кнопку селектора, Шамиль вызвал к себе Леву Гутмана, того
  самого, который провернул дельце с морячками в аэропорту, утерев нос
  Корейцу. В последнее время табачный король стал приближать к себе больше вот
  таких цепких мальчиков в тщательно выглаженных костюмах, дорогих галстуках,
  с дипломом о высшем университетском образовании, лишенных каких-либо глупых
  иллюзий и жаждущих, как и положено жаждать нормальному человеку, одного -
  денег. Вопросы с ними Шамилю решать было куда проще, чем с бывшими корешами,
  с которыми сиживал на нарах, - у кого-то из них голова была забита всяким
  мусором,