стью на следующей неделе прилетает
  начальник одного из отделов. А с ним инспектор из Главного
  организационно-инспекторского управления. Будут решать, казнить нас или
  миловать.
   - И что решат? - спросил Ушаков.
   - Будем отбиваться, - помрачнел генерал.
   - Какая вероятность, что Москва встанет на сторону нашего УБОПа?
   - Неизвестно. Там ничего не поймешь - все мутно и странно.
   - Игры, игры... Угробят область, - покачал головой Ушаков. - С такими
  областными правителями тут лет через пять немцы править будут.
   Лет пятнадцать назад предположить подобное можно было только в бреду - и
  то наедине с собой. С девяностого года вопрос о передаче области ФРГ
  благодаря российским политикам определенного толка, бормочущим о
  необходимости вхождения в цивилизованный мир и в связи с этим о неизбежной
  раздаче Россией своих территорий, перешел в практическую плоскость. Курилы,
  Полесск - много еще чего им хотелось отдать, чтобы заработать сдержанную
  похвалу мирового сообщества. Гигантские деньги, жизненные интересы
  сверхдержав - все было перемешано в этой игре. "Общемировым" мышлением
  Россия, к счастью, вовремя переболела, и теперь пришла пора считать потери и
  вспомнить о своих давно забытых интересах. И тогда стало ясно, что Полесская
  область, самая западная, оказавшаяся в изоляции от остальной территории
  страны, имеющая важнейшее стратегическое значение, медленно