о в холодное бешенство. Еще хуже, когда
  начиналось выяснение отношений.
   - Все эти мерзавцы и шлюхи липнут к тебе как мухи, потому что у тебя есть
  деньги! - закричала Лена. - Пойми, ты им не нужен! Им нужны твои деньги.
  Деньги, черти их забери! Деньги! Сигареты!
   - Сигареты нас кормят, - сухо произнес он. - Хлеб с икрой - вот что такое
  для нас сигареты.
   - Ненавижу! - Казалось, она его и не слышала.
   - Ты ненавидишь, - он сжал ее плечо так, что она вздрогнула, - а мне
  наплевать на твою ненависть.
   - Оставь меня!
   - Оставить? - холодно спросил он. - Это мысль, Лена... Это мысль...
   Она метнула на него яростный взор.
   Он пододвинул стул и сел напротив нее, потом, подождав немножко,
  произнес:
   - На эти деньги, которые мне даются очень недешево, ты катаешься по
  курортам и ищешь там хахалей...
   - Ты что говоришь?
   - Благодаря этим деньгам ты ни черта не делаешь, кроме как шатаешься по
  магазинам за шмотьем и косметикой. Это твоя главная работа - шататься по
  магазинам...
   Он хлестал ее словами, видя, что они достигают цели и больно бьют ее.
   - Без этих денег ты была бы обычной училкой в средней школе и учила бы
  малолетних наркоманов читать Лермонтова, который им до фонаря. И получала бы
  за год сумму, с какой сегодня тебе из дома выйти зазорно.
   - Отстань!
   - А твои комплексы и душевные терзания "новой русской" барыни - это от
  жира и дури! Ясно?
   Теперь она разревелась