здим... И
  однажды они просыпаются с ясным пониманием, что надрываются и рискуют
  исключительно для нашего удовольствия. То, что добыто потом и кровью,
  прогуливают какие-то непонятные девки, которые к тому же стареют, ворчат,
  надоедают, уже не вызывают былых бурных чувств. Потом приходит мысль, что за
  деньги в сто раз меньшие можно снять батальон шлюх, которые сделают то, что
  делают жены, только гораздо лучше, профессиональнее, и, главное, не пилят,
  'не выдвигают требований, ничего не хотят, кроме денег. И когда наши
  благоверные все это сопоставляют, мы их начинаем раздражать.
   - Что ты говоришь, Викусь?!
   - Правду. Учись мудрости бабской... Когда дела у наших мужиков текут
  гладко и деньги капают исправно, они терпимы. Но когда что-то начинает
  давать сбой, они принимаются искать, кто виноват. И виноваты мы. Все верно.
   - Викусь, мы жены, а не шлюхи. Мы - члены и семьи. Мы воспитываем их
  детей. Мы их любим, наконец.
   - Ага. А они любят деньги и больше ничего. Все ocтальное терпят. Или
  имитируют чувства... Такие вещи как любовь, дружба, привязанности, - они с
  годами обесцениваются, тускнеют, уходят. Это нормально, Ленок. Такова правда
  жизни.
   - Мне кажется, ты не права.
   - Тебе не хватает здравого смысла. В "Скорой помощи" он приобретается
  очень быстро...
   - Я столько нервов себе вымотала со всеми их разборками, - с отчаянием
  произнесла Лена.
   - А это ты зря. Мужики -