в обожрался. Весь зеленый. И ходит вечером из конца в конец
  кабинета. Я его раз спросила, что гнетет детину. Он меня матюгами обложил. И
  я решила в очередной раз, что все это его личные проблемы. С каждым днем он
  валится в депруху, подруга. А твой?
   - Тоже что-то неважно. Тоже все более дерганый становится. И в глазах
  боль.
   - А, ну да, - хмыкнула Вика.
   - Понимаешь, я чувствую, что ему плохо... Я была бы рада с ним разделить
  его тревоги. Но он не хочет.
   - Лучше банковский счет с ним раздели... Подруга, я тебе уже объясняла,
  что им все до фонаря, кроме их дел.
   - Кто-то должен быть рядом, когда человеку плохо. А мы крутим хвостом, по
  ресторанам шатаемся.
   - Им нужно, чтобы кто-то был рядом, кроме их охранников? Ты что, Ленок!
   Они подошли к "Фольксвагену-Пассат" цвета "спелая вишня". Вика собрала
  зонт и стала возиться с замком, распахнула дверь, уселась за руль.
   - Ты не права, Вика. Ты не права. - Лена устроилась на переднем сиденье.
   - Да права я во всем... Почти во всем. Ладно, какие отели африканские
  будем выбирать?.. Или в Штаты мотанемся? В Лос-Анджелес. Город Ангелов...
  Филадельфия. Весь мир открыт, подруга. Лети куда хочешь, делай что хочешь. А
  мы сидим в этой дыре и ломаем голову над неразрешимыми проблемами.
   - Давай до завтра подумаем.
   - До завтра, так до завтра. - Вика завела мотор, и тот уютно, как кошка,
  заурчал. - Кстати, что наши благоверные между собой не поделили?
   - А что?