онниках не сыщешь... Где же найдешь второго такого, как Пробитый...
   Вспомнив о нем, она даже слегка вздрогнула, тряхнула плечами. Ее охватила
  сложная гамма чувств - от засевшего в печенках страха до мазохистского
  желания быть его покорной рабыней. Хуже всего, что за человека он ее
  особенно не держал. Но она ему все готова была простить. От него веяло
  яростной мужской силой. И ему хотелось отдаваться так, чтобы он то ли брал
  тебя, то ли просто насиловал, а не интеллигентно, как большинство
  недоделанных особей мужского пола, спрашивал: а разреши-ка это... Но
  все-таки он был большой сволочью. И его физиономия расклеена на стендах "Их
  рызыскивает милиция". Неудивительно. С таким зарядом агрессии и с таким его
  подходом к жизни и людям не могло кончиться иначе. Но это еще сильнее
  возбуждало ее. Все-таки мужчина, который может, не задумываясь, грохнуть
  хоть обычного человека, хоть мента, притягивает жутко, мысли о нем
  отзываются сладкой дрожью. Такому не надо доказывать, что он именно мужчина,
  а не амеба в штанах.
   - Скоро обратно? - спросил бармен, протягивая Ольге очередной коктейль.
   - Куда? - покосилась она на него.
   - Ты же в Италии была, Оль.
   - Скоро. Долго в этом дерьме не протяну.
   Стоило ей возвратиться в Полесск из своих вояжей, буквально через три дня
  ее начинало тянуть обратно. Ее раздражало все вокруг - неухоженные дороги с
  разбитым асфальтом, некрашеные,