лого,
  здоровенного служебного бульдога.
   - Сейчас нет. Но во время войны действительно в этом здании находилось
  гестапо. И в этом кабинете сидел заместитель его начальника. Так что
  преемственность прослеживается, - усмехнулся Гринев.
   Сапковский замолчал. Он сидел, ощущая, как волна дрожи прокатывает по
  телу и становится жарко. Очень жарко. Голова пошла кругом. Еще не хватало
  сейчас грохнуться в обморок.
   - Здравствуйте, Казимир Германович, - сказал Ушаков, быстрым шагом заходя
  в кабинет.
   Сапковский напряженно посмотрел на него и буркнул что-то
  нечленораздельное.
   - Ну что?.. - Ушаков взял стул и уселся напротив задержанного. -
  Рассказывать будем?
   - Что рассказывать?
   - А что, нечего рассказывать? Не поверю... Жду явку с повинной.
   - Я ничего не делал!
   - Да? - усмехнулся начальник уголовного розыска - А кто Глушко заказал?
   - Я не заказывал Глушака! Я никого никогда не заказывал! Я бизнесмен.
   - Торгаш ты, - поправил Гринев.
   - Да, торгаш! И горжусь этим. Не будь торгашей, вы бы с голоду сдохли!
   - Ну да, - кивнул Ушаков. - А кто все же Глушака заказал?
   - Я не знаю.
   - Знаешь ведь. Плут. Все ты знаешь... Рассказывай. Ну, давай, не томи.
   - Я правда не знаю!
   - Кто?
   - Я могу только предположить, - в отчаянии произнес Сапковский.
   - Кто, я тебя спросил.
   - Мог... Мог только...
   - Ну.
   - Только Арнольд.
   - Почему?
   - Больше некому. Через