ому, поразмыслив, просто сунет папку в сейф, написав
  справку, что обвиняемый скрылся от следствия, в то время как обвиняемый
  живет спокойно на съемной хате и занимается тем, чему учили, - бандитизмом.
  Но если даже случится невероятное и поляки доведут дело до суда, то сроки у
  них гуманные. Притом обидели не русские граждане польских, а русские
  русских, а это их личное дело. Так что срок будет символичный, скорее всего
  условный. Вот и выходило, что Вахе колоться незачем. И он сам прекрасно
  понимает это.
   Вновь Ушаков подумал о том, что с русским бандитом никто в мире не может
  бороться. С ними способен бороться только наш голодный мент, которому хоть
  немножко развязали руки. Да вот только руки в последние годы менту не
  развязывают, а вяжут все крепче и крепче.
   - Вот свинство, - воскликнул Гринев, когда вечером их машина двигалась в
  сторону России. - Считай, сорвался Ваха с крючка.
   - Игрушки это все. Надо брать Корейца на своей территории, - сказал
  Ушаков. - Крепко брать, чтобы не выскользнул змеей.
   - Крепко, - хмыкнул Гринев. - Он у Управления по оргпреступности в
  разработке уже который год? Чего эти балбесы его крепко не берут?
   - Вопрос риторический. Они не берут, мы возьмем, - произнес Ушаков
  многообещающе.
  
  Глава 8
  КУРЯТНИК
  
   Из женских клубов Полесска "Афродита" считалась самым престижным. Точнее,
  это был курятник, куда "новые русские" и чиновная братия