пространстве и в странах бывшего социалистического лагеря.
   - Мужики, вы нас с кем-то спутали, - завопил старший механик,
  прикидывающий, холодея внутри, найдут эти бандюги или нет доллары, пришитые
  к брючине. - Мы не челночники.
   - Кто такой челночник? Зачем нам какой-то барыга? - обиделся главный
  "гиппопотам". - Я моряк люблю. Посидеть, разговор про море говорить. Вина
  выпить. - Улыбка на его жирном, с крупными чертами лице (самой крупной
  чертой был истинно кавказский шнобель) становилась все шире. - В гости
  приглашаю... Трогай, братишка, вон за той машиной, - велел он перепуганному
  водителю, кивая на начавший движение фургон.
   - Да вы чего, охренели?! - возмутился молодой и горячий матросик.
   - Зачем кричишь? - удивился "гиппопотам". - Будешь кричать - стрелять
  буду. Убивать буду. Ты мой гость. Не хочу гостя убивать, - изложил просто и
  доходчиво он свои намерения, передергивая затвор "скорпиона" и целясь в лоб
  вдруг сразу как-то обмякшему и растерявшему боевой задор матросику. - Ничего
  плохого не будет. Стол накрыт. Ужин готов.
   ..."Гиппопотам" не обманул. Действительно, стол был накрыт в ресторанчике
  на первом этаже двухэтажной гостиницы, затерявшейся на таком отшибе, что
  вокруг в пределах видимости ни одного дома не было - одни поля, полоска леса
  да уходящие вдаль, напоминающие динозавров опоры высоковольтной линии
  элекгропередач - части некогда единой энергетической системы