ный розыск. Все остальные мало того, что самоустранились от нее, но и
  не упускают возможности вставить палку в колесо, да еще так, чтобы все спицы
  вырвало. Прокуратура отпускает убийц под залог. Суды дают условно
  закоренелым негодяям... Ох, он готов был наговорить еще много, потому что
  наболело в душе. За два дня перед тем совещанием из специальной
  психиатрической больницы вышел главарь банды, которая убивала людей за
  квартиры - только доказанных на них висело четыре трупа. Отсидел бандит аж
  год. Мать его, главный психиатр Полесска, постаралась, чтобы сынулю признали
  невменяемым, он полежал в спецбольнице и получил заключение, что произошло
  чудо - душевная болезнь отступила. Как только вышел, начал слоняться по
  городу и предлагаться денежным людям в качестве человека, готового убить за
  деньги кого угодно, хоть родную маму-психиатра.
   Выступая, Ушаков видел, что у прокурора области округляются глаза.
  Строптивого полковника решили проработать принародно и устроить моральное
  избиение за политически близорукое выступление, а он взял и брякнул с той же
  трибуны:
   - А ведь знаете, я еще и не то могу сказать.
   А что он может сказать много - об этом знали все. Сразу после этого он
  дал интервью журналистам, где пересказал все выступление. Прокурор области
  через неделю после этого неописуемого скандала встретился с ним и вздохнул:
   - Во многом ты прав, Лев Васильевич. Хотя где-то и нас