о заказу Матроса. Ведь все началось с той
  "девятки". А потом смерть Соболева. Не хотел его Матрос убивать, лишний труп
  совсем ни к чему. Лучше, если бы механик сам принес записную книжку. А потом
  можно было бы выбить из него деньги за доставленное беспокойство. Или отдать
  азербайджанцам, если те захотят посчитаться. Теперь ничего не поделаешь.
  Нужно, конечно, было держать себя в руках, но не получалось, хоть убей.
   С головой у Матроса было не все в порядке - об этом ему часто говорили.
  Когда накатывала ярость, сдерживать он себя порой не мог, да и не старался,
  блаженно отдаваясь накатывающей жажде разрушения. Урки его за это уважали и
  побаивались, что помогало поставить себя на достойное место.
   Когда в первый раз садился по "хулиганской" статье, следователь повел его
  на судебно-психиатрическую экспертизу.
   Там люди в белых халатах полчаса терзали его глупыми вопросами типа: "что
  тяжелее, килограмм железа или килограмм воздуха? ", "не было ли среди
  родственников больных шизофренией?" Матрос, естественно, взорвался и обругал
  женщину-главврача с недобрым колючим взглядом. Та холодно посмотрела на него
  и процедила:
   "Смотри, докричишься. В психушку запру - всю жизнь оттуда не выберешься".
  Тогда Матрос закрыл рот и больше не возражал, поскольку немало был наслышан
  о психиатрических больницах. В акте амбулаторной экспертизы врач
  каллиграфическим почерком вывела:
   "...психопатия возбудимого