инам готовые разделаться
  с Соболевым и его подельниками. Предположений можно было строить сколько
  угодно, но одно Сева знал точно, куда ни кинь - везде клин. А потому решение
  Мухтара исчезнуть и схорониться где-нибудь до лучших времен он расценил как
  чрезвычайно мудрое и своевременное.
   Бежать, скрыться... Но вот только куда бежать? Первую ночь худо-бедно
  прокантовались у Борисова, приятеля Гулиева.
   А что дальше? Оставаться в Апрельске страшно, да и Борисов - человек
  ненадежный и болтливый, с ним связаться - все равно что объявление в газету
  дать.
   Встав пораньше, Гулиев направился к ближайшей телефонной будке - благо по
  решению областных властей телефонные автоматы теперь работали бесплатно.
  Опасливо озираясь, он нервно накручивал телефонный диск и выслушивал от
  знакомых нецензурную брань и нелестные отзывы о "придурках, которые звонят в
  шесть утра". Впору уже было отчаяться, но на четвертом звонке повезло.
  Сонная Люська, терпеливо выслушав чушь о мифических кредиторах и "хреновой
  ситуации", зевнув, осведомилась:
   - Дядьке моему "запор" на колеса поставишь?
   - О чем разговор, ласточка моя! - опасаясь, как бы не спугнуть удачу,
  затараторил Гулиев. - "Мерседес" из него сделаю, как только проблемы свои
  улажу.
   - Мои снова на север укатили, дача свободная. Живи уж. Только чтоб не
  мусорить, а то быстро в три шеи выгоню.
   - Языком все буду вылизывать, голубушка моя!
   -