чатал документ на
  расшатанной машинке, которую позаимствовал в соседнем кабинете у ребят из
  оперативно-розыскного отдела. Магистральная дорога компьютеризации пролегла
  в стороне от областного уголовного розыска. Вчера в кабинете сломалась
  единственная пишущая машинка, и теперь приходилось ходить с протянутой рукой
  по всему этажу.
   Между тем продолжались странные узнавания.
   - Але, - сказал Мартынов, подняв телефонную трубку.
   - Это Граерман говорит. Живет такой эксперт.
   - Только о тебе и думал. Что скажешь нового о причинах смерти Соболева?
   - Я тебе могу сказать новое о самом Соболеве. Помнишь, у меня год назад
  машину увели.
   - Это когда кастетом погладили?
   - Ага... Так вот, кастетом меня приголубил Соболев.
   - Да ты чего ?! Не обознался ?
   - Запомнил я его лицо. Хорошо запомнил. Он.
   - Интересно. Очень интересно...
   - Что случилось? - спросил Косарев, глядя на озабоченное лицо своего
  приятеля.
   - Этот "жмурик" - ну Соболев который. Так он, родимый, в прошлом году
  Граермана грабанул. Машину взял. Помнишь, какой шум тогда Иосик поднял.
   - Такое не забудешь. Вот тебе версия - разборки вокруг теневого
  автобизнеса... Вообще, что у тебя с этим делом?
   - Пока ничего. Родственники Соболева - тетки и дядьки, ничего ни о чем не
  знают. В квартире жил один - жена бросила три года назад - ушла к жокею с
  городского ипподрома.
   - Чего только не бывает.
   - Квартиру