сильнее: лицо становилось
  краснее, силенок - меньше. Четвертую судимость получил уже с "нагрузкой" -
  принудлечением от алкоголизма. Вылечить, конечно, не вылечили, но кое-какой
  результат был достигнут. Надоело сидеть по тюрьмам, надоело "работать по
  карманам". И Башка решил "честно" трудиться на благо общества. Он, может, и
  раньше бы начал "честно" трудиться, да мешали законы об уголовной
  ответственности за тунеядство, тягостная необходимость иметь трудовую
  книжку. По нынешним же временам никого не интересует, работаешь ты или нет
  по трудовой книжке. Башка сменил род занятий...
   Еще с утра он наглотался польской водки, которую притащили в скверик
  мужики. До дома дотащился еле-еле и сразу провалился в тяжелый сон. Разбудил
  его звонок в дверь.
   За окнами было темно, и он не понимал - вечер на улице или раннее утро.
  Так настырно могла звонить лишь милиция или Гришка Шпиндель из соседнего
  подъезда, тоже постоянно озабоченный поисками, чего бы выпить или с кем.
   Башка, покачиваясь, направился к двери, распахнул ее, протер глаза и в
  упор уставился на визитеров.
   - О, Матрос, брат мой! - он сразу бросился обниматься.
   Матрос поморщился. Если бы он так хорошо не знал старого карманника, то
  мог бы подумать, что тот искренне рад встрече.
   Хозяин проводил гостей в большую комнату, стряхнул крошки со стульев и
  пригласил садиться.
   - Располагайтесь, гости дорогие.
   Башка