ской идее должен быть кристально чистым, преданным душой и сердцем идее
  справедливости".
   Философов и идеологов что-то Гвоздь не встречал, так что закон отдавал
  соцреализмом в стиле кубанских казаков, когда выдавали желаемое за
  действительное... Вора в законе больше на зоне не было. На роль смотрящего
  избрали главшпана второго отряда Бздыню. Молодой, но принципиальный,
  правильный по жизни член "общества". Беспредела не допустит, "тимуровцам" -
  новоявленным гангстерам, спуску не даст, но и с администрацией будет жестко
  держаться, на капризы ментовские не поддастся. Тому гарантия - треть срока в
  помещениях камерного типа провел. Крепкий орешек. Быть ему "законником".
   Времена на зоне ныне нелегкие, так что смотрящему новому будет тяжело.
  Верно сказано в последней воровской маляве - в обращении к честному люду:
  "Прощелыги сбиваются в банды и наворачивают в одни ворота, прикрываясь при
  этом масками под бродяг, добывая благо для себя лично. Отсюда страдает Общее
  и весь воровской люд. Интриги и склоки вошли в жизнь лагерей и тюрем. Все
  это является чуждым нормам, чуждым людскому и пущено на самотек. Свое ставят
  выше общих этикетов и интересов, а это уже гадское.
   Многие, придя с воли, несут с собой новорусские взгляды. Это пресечь.
  Здесь им нет места. Запомните, у порядочного люда закон один, и люд в
  лагерях и острогах должен быть один - воровской. Так было, есть и будет. В
  наше