ишься в
  бегах. Куда идти? Где жить? Что есть? Мрак...
   Аппетита не было. Сева поковырял вилкой котлету, не доев ее, отодвинул от
  себя тарелку и поднялся.
   Тихий, провинциальный Клячинск можно обойти за час. В центре по окна
  вросли в землю двухэтажные домишки, над ними, как утес, возвышалась новая
  бетонная гостиница "Клячинск" с вывеской, исполненной на русском и
  английском языках. Перед зданием городской администрации стояли памятник
  Ленину и монументальный серп и молот с надписью "СССР". Казалось, время
  обошло это место...
   Пятиэтажные окраины были унылы и однообразны. Сохранились две церквушки.
  Одна из них, действующая, радовала глаз золотом куполов и праздничной
  голубизной стен. Для какого-нибудь увешанного фотоаппаратами, сверкающего
  солнцезащитными очками иностранца они и могли представлять интерес, но Севу
  церкви, равно как и другие памятники архитектуры, не волновали. Хотя,
  бывало, в храм он заглядывал с Грибом, Гунькой (покатого не замели), Санькой
  и другими ребятами - посмеяться над верующими, подразнить попа, затеять
  какой-нибудь глупый разговор со старушками.
   Гунька, большой любитель "теологических" споров, кричал вызывающе: "А
  Бога-то вашего нет! И не было никогда!" Они даже сумели пульверизатором на
  стенах церкви написать неприличное слово. Потом в школу к ним приходили
  священники, убеждали, что надо верить в Бога, иначе ничего хорошего ни