братья в другом месте, - он толкнул кавказца на стул и кивнул
  старшему лейтенанту. - Пошли, перекинемся словечком.
   Они прошли в темный холл, где стояли расшатанные кресла и неработающий
  телевизор за решеткой.
   - Значит, пятьсот баксов тебе? - спросил Косарев.
   - Вы о чем?
   - Двести - мало ? Надо со старшим поделиться ?
   - Я бы поделился.
   - Да-а?
   - Поделился бы, падлой буду.
   - Ты и так падла.
   Косарев ударил старшего лейтенанта в грудь, тот отлетел на пару шагов.
  Потом последовал оглушающий удар в лоб, и участковый впечатался в стенку.
   - Душманский прихвостень, - прошипел Косарев. - Таких гадов четвертовать
  надо.
   - Да вы... Да ты, - участковый встряхнул головой. - Это так даром не
  пройдет.
   - Не пройдет? - Косарев взял старшего лейтенанта рукой за горло,
  встряхнул, потом отпустил и перевел дыхание. - Я бы тебя, будь моя воля,
  здесь бы и порешил... Можешь подать на меня рапорт.
   - Так со своими нельзя! Могу ведь и без рапорта разобраться.
   - А ты попробуй. Застрелю к чертовой бабушке. Поспрашивай, кто такой
  подполковник Косарев, если еще не слышал.
   - Да ладно.
   - Вот тебе и ладно, - Косарев ударил его резко в челюсть тыльной стороной
  ладони - чтобы ничего не сломать.
   Послал на пол отдохнуть. Сплюнул, повернулся и пошел прочь.
   После операции, которая, естественно, ничего не дала, уже ночью Косарев
  вез Мартынова домой.
   - Гниль какая, -