госвласть, они запугают все
  население России.
   - Обязательно, - снова икнул Мартынов.
   - А пока они полезут баламутить другие республики Кавказа, Татарстан.
  "Нохчей", которые кровь нашим солдатам пускали, уже ждут в Крыму - там
  татары давно на русских ножи точат. Кровушка хлынет похлеще, чем в Грозном в
  январе девяносто пятого. Ох, головы полетят... Во, договора понаподписывали.
  И еще по телевизору некто с казарменной тупостью вещает:
   "Ура-патриотов на фронт пошлем". А я готов на фронт. Только дайте "духов"
  душить, а не заставляйте им зад лизать. Не добивайте нас бесконечными
  переговорами и перемириями.
   - Размечтался.
   - Военной-то проблемы там не было. Преданная война! Первое военное
  поражение в борьбе с организованной преступностью!
   - Да плюнь ты на все. Чего суетиться? - пожал плечами Мартынов.
   - Плюнуть? На отрезанные головы наших солдат? На кастрированных пленных,
  замученных до смерти? Давай, плюнем.
   - Должен же кто-то был закончить войну.
   - Капитулировать? Мы так могли все войны закончить. И очень быстро.
  Сдаться Наполеону, Гитлеру. Только проигранные войны для России кончаются
  плохо. Цусима - революция девятьсот пятого. Неудачи первой мировой -
  революция семнадцатого. Поражение в Афганистане - развал страны девяносто
  первого. А что вслед за этим поражением? Полный развал?
   - Да все уже давно и так развалено.
   - Ты знаешь, какое ощущение?