фильтрационный пункт. Следующий...
   В одном из дворов Косарева и его бойцов встретили автоматным огнем. Среди
  бандитов затесался тот самый афганский моджахед, душа которого сейчас
  готовилась к встрече с сатаной.
   - Подох, - собровец ткнул "духа" носком ботинка.
   - Отвоевался.
   С северной окраины донеслись выстрелы. Последние. Зачистка заканчивалась.
  На улицы вылезали воющие, галдящие, кричащие, рвущие волосы и сыплющие
  проклятия женщины. Скоро появится телевидение, и вечером на экранах будет
  показан очередной репортаж о борьбе "федералов" против мирных жителей, среди
  которых окажутся все без исключения боевики. У Косарева была заветная мечта
  - пристрелить какого-нибудь журналиста. И не у него одного.
   На земле были разложены трофеи - автоматы, два пулемета, цинки с
  патронами. А так же несколько бандитских трупов - неуправляемая ракета
  накрыла школу, являвшуюся штабом местной банды.
   - Ничего, заживет, - приговаривал фельдшер, перевязывая сипло дышащего
  солдатика внутренних войск.
   - Я в порядке, - хрипел солдат.
   Все, мероприятие завершено. Группа МВД - собровцы, омоновцы, оперативники
  и ППСники, пропыленные, прожженные войной загружались на БТР и отправлялись
  на базу...
   Чечня конца августа девяносто пятого. Война и мир - дико перемешанные,
  перекрученные до абсурда, как картина какого-то крутого авангардиста. Боевые
  действия шли несколько месяцев, а в правительстве