загулы - это стало нормой сначала для воров на
  Кавказе. А потом пришло и в Россию.
   Лет двадцать назад Гвоздь был на похоронах вора в законе в Грузии.
  Уважаемого человека провожала в последний путь толпа, как на первомайской
  демонстрации. Кортеж машин, море цветов, венки - от родственников, от
  товарищей по ремеслу и, тайные, от местных власть придержащих, которые не
  могли по понятным причинам сами посетить похороны. Играл оркестр. Мальчики в
  строгих костюмах поддерживали под руки плачущих, одетых в черное вдову и
  дочерей безвременно ушедшего вора. Почтил похороны своим присутствием и
  главный пахан России, приехал из Ростовской области, где скромно проживал
  между отсидками. Пожилой, угрюмый, с изъеденным язвой желудком, синими от
  наколок руками, в сопровождении прихлебателей пахан, покачивая головой,
  обошел дом, осмотрел внимательно комнаты, лестницы из резного камня,
  старинную, с золотом, мебель, заваленные старинным фарфором горки. Посмотрел
  на рыбок, плещущихся в фонтанчике во дворе. И презрительно процедил:
   - Он жил не как вор, а как князь. Повернулся и ушел. И тут же, как по
  волшебству, куда-то делись машины.
   Исчезли строго одетые мальчики. Растворился оркестр.
   И некому было тащить гроб...
   Сейчас именно этот случай пришел на память Гвоздю.
   - Чересчур богато. Не по совести, - покачал он головой угрюмо.
   - Да ты что, Гвоздь?! - возмутился Матрос.