для прикрытия "Фордом", набитым
  быками-славянами - чтобы лишний раз не дразнить милицию кавказской смуглой
  кожей.
   Такие операции проводились не раз. Осложнений не было никогда. Но Бакир
  все равно нервничал. У него были дурные предчувствия, которые он гнал
  прочь...
  
  Глава одиннадцатая
  АВАРИЯ
  
   Этот вечер Матрос решил сжечь в гульбище. На даче Толика Падуева была
  очередная светская тусовка. Матрос обожал бывать на вечеринках у Толика. Там
  он вырастал в собственных глазах.
   Толик был заместителем главного редактора самой желтой в области
  газетенки с самым большим тиражом. Его длинный, с виснущей зимой на морозе
  соплей нос безошибочно вынюхивал скандалы и сплетни из жизни городской, по
  большей части культурной элиты, которые он без всякого зазрения совести тут
  же выносил на суд вечно падкой до подобной тухлятины общественности. Так как
  в городе Толик мог все - поднять ажиотаж вокруг какого-то человека, смешать
  его с грязью, приподнять до небес, сделать рекламу или убить репутацию, да
  еще имел большие связи в московских газетах и на телевидении, перед ним
  заискивали режиссеры, артисты, писатели и чиновники. Стервятником Толик
  порхал с презентации на презентацию, с юбилея на юбилей, нацепив на лицо
  презрительно-высокомерно-снисходительную мину, и срывал преданные улыбки от
  людей, которые осторожно за его спиной перешептывались о том, что такое
  надутое ничтожество,