жнее! - успел крикнуть он, отталкивая ее. На миг потерявшая на
  большой скорости управление машина вильнула. Матрос вдавил педаль тормоза,
  но машина пошла боком к обочине. Матрос сжал зубы, напряг ноги и впился
  руками в руль. Бух - машина выпрыгнула с насыпи и пролетела несколько
  метров, ухнула в лужу, разбрызгивая грязь и воду, накренилась опасно, едва
  но перевернувшись, а потом въехала в неизвестно откуда взявшуюся за городом,
  торчащую из земли бетонную плиту.
   Ветровое стекло покрыл морозный узор - это поверхность пошла трещинами от
  удара. В глазах Матроса заплясали искры.
   Грудь его ткнулась в руль.
   - У-е, - застонал Матрос и провел по лицу ладонью. Потом ощупал ребра. К
  удивлению своему, он обнаружил, что почти не пострадал. Он оглянулся на
  Лилю, и сердце его тревожно екнуло.
   - Э, Лилька, жива?
   Она пошевелилась и проскулила.
   - Не бойся, котик, я в порядке.
   Тут-то Матрос и сорвался. Он растворил несколькими ударами ноги и плечом
  заклинившую дверь, вытащил Лилю из машины, бросил на мокрую от недавно
  прошедшего дождя траву и начал охаживать ногами.
   - Шлюха! Из-за тебя все! Из-за тебя!
   Устав, он уселся на бетонную плиту и, закусив губу, начал разглядывать
  свою искореженную новенькую "девятку".
   "Скорая помощь" забрала Лилю в больницу. Переломы трех ребер были списаны
  на дорожно-транспортное происшествие. А Матрос начал думать, что делать с
  машиной.
   Машины