лефон.
   Истеричный голос принадлежал женщине. Ощущался явный кавказский акцент.
   - Это отдел наркотиков?
   - По борьбе с наркотиками, - поправил я.
   - Вам двадцать тысяч долларов предлагали, сволочи?! А? - орала она. - Не
  взяли, а?! Так тротила у нас на всех хватит!
   - Правда, что ли? - спросил я.
   - Выблядки!
   - Слышь, подруга. У нас тоже патронов на всех хватит. И Ахмеду - первая
  маслина. Весь рынок ваш с землей сровняем. Так и передай, крыса
  недотраханная.
   Я бросил трубку. Ну, это вообще наглость... После того как задержали
  Халика, опер из местного отделения подъезжал к Асееву, намекнул, что
  азербайджанцы готовы разориться на двадцать тысяч долларов, чтобы выкупить
  Халика. Мы решили провести комбинацию и взять с поличным задачу взятки.
  Когда уже все организовали, кто-то из отдела по экономическим преступлениям,
  который мы сдуру привлекли к мероприятиям, нас продал. Продали свои - это
  уже настолько часто происходит, что не воспринимается как нечто из ряда вон
  выходящее. Вот только противно на душе стало.
   Телефон опять зазвонил. Опять эта крыса азербайджанская? Ничего, сейчас
  услышит, насколько богат русский язык.
   - Слушаю! - крикнул я.
   - Это Стрельцов? - послышался так хорошо знакомый голос.
   - Он самый, - произнес я. Ох, только ее не хватало!
   - Это Турусова Анна Леонидовна. Мне сообщили, что Крюков