иваешь? - спросил Асеев.
   - Все в норме, - ответил я.
   Действительно, что переживать? Человечеству куда лучше, что я завалил
  этого гада. Все правильно, люди не должны стрелять по людям, вот только
  звание человека так легко утерять однажды тому, в чьей в руке оказывается
  автомат и кто начинает зарабатывать на жизнь убийством. Киллер должен знать,
  что к нему подойдут с теми же мерками, с которыми подходит к людям он. Так
  что - прочь тоска. Даже водкой не буду заливать ее. Само пройдет.
   За два дня я прошел полный круг удовольствий. Написал штук пять рапортов
  и объяснительных, переговорил с прокурором и инспекцией по личному составу.
  Мотать нервы у нас умеют. Хорошо, нервы у меня пока еще крепкие. Конечно,
  лучше, чтобы они были еще покрепче - например, как у Асеева. Но у того
  другая школа.
   В кабинет зашел наш друг и товарищ из убойного отдела Рыжов. Он с
  интересом посмотрел на меня. И сказал:
   - А здорово ты его с такого расстояния уделал. Каждый, кто видел меня,
  делился со мной этой мыслью.
   - Нарочно или случайно? - спросил Рыжов.
   - Какие тут случайности.
   - Заливаешь, - кивнул Рыжов.
   - Что там с киллерами? - спросил Асеев. - Кто они такие?
   - Водитель, которого угрохали, - уроженец Архангельска, не судим, не
  привлекался. Второй, который из автомата палил, - две судимости, две
  амнистии.
   - На кого из