пертного заключения. -
  Ознакомься. Прикинь, что все это может значить... Все свободны.
   Вернувшись в контору, мы досконально изучили заклюпение. Если отвлечься
  от всех цифр и диаграмм, получалось, что в наркотики было подмешано какое-то
  невероятно сложное, не так давно знакомое науке вещество с пятиэтажным
  названием, которое даже в микроскопических количествах в сочетании с
  наркотиками приводит к параличу нервной системы и скорой погибели в корчах.
  Дальше шел примерный список учреждений, где эта хреновина могла быть
  произведена.
   - Этим пусть РУБОП занимается, - сказал Романов. - Они там крутые. Делать
  им не хрена. Пусть и разбираются, откуда... как его... четыретригидридный...
  Или... Ну как его?
   - Триглокузнаный нитрат... Тринитратный... Тьфу... В общем, яд, - я
  отодвинул от себя заключение.
   - Ничего не понятно, - задумчиво произнес Романов. - Черным по белому
  написано, что это вещество никакого отношения не имеет к производству
  героина, появиться там случайно не могло. Вывод?
   - Оно появилось там не случайно, - сказал я.
   - И кто его туда засунул? Члены общества "Россия без наркотиков"? Секта?
  Кто?
   - Ты слышал, что пакистанцы в Россию в последнее время повадились
  сплавлять героин, разбадяженный толчеными костями людей, умерших от СПИДа?
  Чтобы русские неверные наверняка дохли. Чтобы у нас вообще