И сколько берешь? - не отставал Арнольд.
   - Двадцать баксов - в рот. Сорок - полный комплект.
   - Дорого, сладенькая, - еще громче заорал Арнольд.
   - Деньги нужны, - "герла" начала натурально краснеть. Краснеющая
  проститутка - это, скажу вам, зрелище!
   - Но сорок! - поцокал языком Арнольд.
   Неожиданно в спектакль стала включаться толпа у автобусной остановки.
   - Во, лохушка, сорок долларов ей! - первая возмутилась бабка с авоськой
  на колесах.
   - Десять баксов в рот за углом стоит, - возмутился следом мужик, стоящий
  с женщиной, держащей его под руку, явно женой.
   Женщина отстранилась от него. Прицелилась, развернулась, молча закатила
  ему оплеуху.
   - А ты откуда знаешь, сволочь? - послышался ее разъяренный вопль...
   - Все, поехали, - Арнольд упал на сиденье. - Больше ничего интересного.
   Я наддал газу и осуждающе произнес:
   - Совсем вести себя не умеешь.
   - Да ты что. Тут такое кипение жизни и страстей, - Арнольд растянулся
  вальяжно и задымил сигаретой.
   - Вон дом, там жил Мартын, - сказал Галицын, тыкая в шестнадцатиэтажную
  башню.
   - Кто? - спросил Арнольд.
   - Чего, не помнишь? Наркош выпустился из тюряги, продал дедушкину
  квартиру за двадцать тысяч баксов, все деньги вложил в метадон и на радостях
  накололся до смерти.
   - Что за жизнь, в каждом втором доме свой барыга, - вздохнул Арнольд.
   - Молодняк выбирает