ал голову руками, будто хотел
  раздавить ее.
   Тем временем Асеев разложил на столе все находки. Галицын снимал их на
  видеокамеру, а понятые, как положено, пялились на все.
   На столе лежали героин, гашиш и несколько охотничьих ножей - таких,
  которыми медведя забить можно. И еще газовый пистолет.
   - И разрешение на все имеется? - спросил я.
   - Конечно, имеется, - кивнула Мегера. - Люблю оружие, - она крепко сжала
  рукоятку ножа, вытащила лезвие из ножен и, прищурившись, уставилась на
  отражающийся на лезвии свет лампы. - Всегда любила, - рука ее еще крепче
  сжалась на рукояти.
   Уф, маньячка.
   - И на обрез разрешение есть? - спросил Арнольд, выудив с антресолей
  промасленный сверток с обрезом.
   - А это не мое, - твердо произнесла Мегера.
   - Да? - с сочувствием спросил я. - Подбросили?
   - Не знаю, - презрительно кинула она. - Только не мое...
   Ближе к ночи Мегеру и Кукиша мы доставили в отделение.
   - А чего это вы в нашем районе работаете, кого-то задерживаете? - вместо
  "здрасьте" заявил дежурный.
   - Потому что вы в своем районе не работаете, - отрезал я. - Давай
  кабинет, капитан. И дежурного следователя к нам.
   - А следователь отошел, - зевнул дежурный.
   - Куда это?
   - А чего это вы нам указываете?
   В общем, начиналась обычная комедия. В отделении никому ничего не надо. И
  каждый задержанный для них - головная