ь да гладь. А дежурный заявляет:
   - Я задержанного сейчас отпущу. Я его мамашу знаю. Завтра здесь вся
  адвокатура и прокуратура будет. А мне это надо? Мне надо по шее получать?
   А что, действительно, капитану это надо? Что какая-то там ликвидированная
  наркоточка по сравнению с целостностью и безопасностью его шеи?
   - А я тебя с работы выгоню, тварь такая, - прошипел я, наклоняясь над
  окошком.
   - Оскорбляете.
   - Да? - Я выразительно сжал кулак. - Я тебе еще и в лоб дам.
   - Но...
   Я поглядел на дежурного взором удава, и он затих. В четвертом часу
  появился местный опер - эдакий улыбающийся живчик. Выслушав нас, он
  заметался по кабинету и на ходу радостно сообщил:
   - Отлично, что вы ее повязали. Так я и знал, что там торг идет.
  Адвокатша. Денег тьма... Знаете что, мужики, пока мы ее еще по всем бумагам
  не провели. Я с ней перетрещу. Десять штук "зелени" она сразу выложит. У нее
  есть. Поделим. - Поровну? - спросил я. - Ага, - кивнул опер.
   - Отлично, - я встал. Опер замедлил свой бег и остановился напротив меня.
  Тут я ему и дал в лоб - слегонца, чтобы без членовредительства, но
  достаточно, чтобы размазать по стенке.
   - Это тебе вместо десяти тысяч баксов, скотина... Он встряхнул головой,
  заныл, схватившись за лоб:
   - Ты чего? Охренел?
   Я взял его за рубаху, встряхнул.
   - Таких, как ты, сволочей, не гнать