У моей лошадки и
  в лучшие времена движок тянул лениво.
   - Уходят! - ярился Галицын.
   - Считай, ушли, - я сбросил скорость. - По "02" надо звонить. Номер
  засек?
   - Да, - Князь протянул пачку сигарет с записанным номером.
   Это только в кино из полицейской машины связь с дежурным и всеми постами.
  С моей рации можно только за километр связаться точно с такой же рацией.
   Оповестив по телефону-автомату дежурного, мы вернулись на Конноармейскую.
  Я поднялся на этаж. "Скорой" еще не было.
   - Клиент скорее мертв, чем жив, - сообщил Арнольд. - Чем его? - спросил
  я. - Финарем. Вон лежит.
   - Князь, ты лбов этих опознаешь? - повернулся я к Галицыну.
   - Лбы как лбы. Точнее, один - лоб. Второй - мелкий... Узнаю.
   - Найдем мы их, - заверил с неубывающим оптимизмом Арнольд. - Дурак, -
  нагнулся он над трупом Тюти. - Лучше бы ты тогда от нас не бегал...
  
  ***
  
   Совсем без проблем жить скучно. А когда их перебор - жить становится
  тяжко. Еще один труп по этому делу. Правда, у нас за него голова не должна
  болеть. Тютей должен заниматься убойный отдел да опера из отделения. Но не
  нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что это убийство - звено в
  цепочке, которую мы тянем. Тянем-потянем, вытянуть не можем. Ох, нелегкая
  это работа - из болота тащить бегемота...
   - А может быть, этот? - спросил Женя Рыжов - опер из убойного отдела,
  тыкая