пальцем в очередную фотографию.
   - Нет, - покачал головой Галицын.
   Он сидел за столом и просматривал уже четвертый по счету альбом. Там были
  приятные, средней противности и просто отвратные морды представителей
  преступного мира нашего города. И Арнольд должен был высмотреть тех, кто
  выходил из подъезда дома на Конноармейской. Вообще опознавать мельком
  виденных людей по фотографиям - занятие малоперспективное. С недавнего
  времени начали создавать видеотеки преступных рож, но пока достаточно
  скудные.
   - Этот похож, - сказал Арнольд, указывая на отъевшуюся ряху.
   - Алексей Стахов, - кивнул Рыжов. - Провел год в сизо за наемное
  убийство. Освобожден за недоказанностью.
   - Похож, но не он. Процедура продолжилась.
   - И этот похож, - Арнольд ткнул в другую фотокарточку.
   - Обвинялся в изнасиловании, - сказал Рыжов. - Освобожден за
  недоказанностью.
   - Не он... А вот этот?
   - Обвинялся в разбое. Освобожден за недоказанностью, - зачитывал данные
  Рыжов.
   - Да что ж они все освобождены-то? - возмутился Галицын.
   - Так дела расследуют. И так судят.
   - И так подмазывают, - поддакнул я.
   - А кому надо сажать бандита? - хмыкнул Рыжов. - Бандит - часть
  социально-экологической ниши. Как волк. Охраняется государством.
   Ту "Ауди" мы установили. Она была зарегистрирована на вечно пьяного
  алкаша