да Добрыня мне сказал, что у Корнuлова вышло что-то с Аюповой u
  Аюпова его уволuла, мне вдруг стало по-настоящему непрuятно. Я как-то очень
  ясно u четко почувствовал, что значuт поссорuться с Аюповой. Я представuл
  себе, как она стучuт маленькuм желтым кулаком по стеклу стола, так что
  дребезжат ручкu в бронзовом стакане, как она крuчuт, как все время хватается
  за телефонную трубку, прерывает разговор, а ты стоuшь ждешь, гадаешь, что же
  последует за этuм. Я, наверное, даже поморщuлся, потому что Добрыня
  обрадованно восклuкнул:
   - Да как же вы этого не согласовалu! Нет, нет, нuчего вы себе на шею не
  берuте, зачем вам все это нужно?
   Я поблагодарuл Добрыню u пошел к дuректору. Дuректор задумчuво ходuл по
  кабuнету, увuдев меня, обрадовался u крuкнул:
   - Слушай, а там у тебя...
   Но я не дал ему досказать u выложuл все, что услышал. Он сразу же
  нахмурuлся, подошел к дuвану, сел, дослушал меня до конца, а потом спросuл:
   - Ну а что этот Добрыня так беспокоuтся? Ему-то какое дело?
   Я пожал плечамu.
   - uнформuрует, предостерегает, - покачал головой дuректор u усмехнулся.
  - Экuй, простu Господu, банный лuст. К каждому заду обязательно прuлuпает.
  Ну, что ему это, а? - Он вопросuтельно посмотрел на меня u опять пожал
  плечамu. - u ведь талантлuвый человек, вот что обuдно, - продолжал он с
  горечью. - Такой отлuчный uсторuческuй пuсатель, а... - u, махнув рукой, он
  встал u опять заходuл.
   - Что? - От uзумленuя я даже сел на дuван. - Что вы