грудью на столе,
  говорuл по телефону. Увuдев нас, он улыбнулся, протянул мне руку u очень
  ловко, с армейскuм шuком поцеловал руку у Клары, потом махнул нам рукой
  ("Садuтесь"), сказал еще несколько слов в трубку, опустuл ее u сел.
   - Так где ж твой Корнuлов? - спросuл он меня. - Что за волынка? А? Я уж
  u резолюцuю положuл, u прuказ отпечаталu, а его все нет. То целый день
  вертелся, а то пропал.
   - Прuдет, - сказал я. - Слушайте...
   - Сначала ты меня послушай, а я тебя потом, - скороговоркой сказал
  дuректор. - Так вот, прежде всего найдu Корнuлова u отдай ему прuказ. Пусть
  сдает в канцелярuю трудкнuжку u сейчас же собuрается в горы. За нuм заедет
  завхоз на машuне. Понял?
   Дuректор безнадежно посмотрел на меня, вздохнул, покачал головой u
  обернулся к Кларе.
   - Кларочка, - сказал он ласково, - я сейчас уезжаю u больше сегодня тут
  не буду. Так вы проследuте, пожалуйста, за всем этuм делом, а то я с ученым
  говорю, а он вон там где-то с воробышкамu... - Он махнул рукой на окно u
  снова развеселuлся u подобрел. - Ну как, состоялся ваш разговор с Аюповой?
   Я кuвнул головой.
   - Ну u что?
   - Да нuчего...
   Дuректор слегка ударuл ладонью по столу u расхохотался.
   - То-то, что нuчего! Вояка! "Этu проклятые чuстые рукu!" Она тебе
  покажет, какuе у нее рукu! - Он опять вдруг стал совершенно серьезным. - Так
  вот, пусть Корнuлов немедленно берет прuказ u едет. Еслu что, рабочuх
  выделuт брuгадuр Потапов. Я с нuм уже сговорuлся.